Тут я начала всхлипывать, а баркеровская фракция, потерпев поражение, пришла в совершеннейшее смятение.

- Пойми же, Сол, - сказала я, улыбаясь сквозь слезы при виде его горестной физиономии. - Ну представь себе, что ты вырос вместе с двумя девочками и обеих очень полюбил, но никогда не предпочитал одну другой и не помышлял жениться на одной из них. И вдруг тебе говорят, что ты должен выбрать одну и тем самым сделать очень несчастной другую. Так, по-твоему, это легко сделать?

- Наверное, нет, - сказал студент.

- Тогда ты не можешь меня винить.

- Я не виню тебя, Нелли, - ответил он, ударив тростью по громадной лиловой поганке. - Я думаю, ты совершенно права, желая разобраться в своих чувствах. По-моему, - продолжал он, с запинкой, но честно высказывая свои мысли, как и подобает истинному английскому джентльмену, каким он и был, - по-моему, Хоторн - отличный малый. Он повидал на своем веку гораздо больше моего и всегда говорит и делает именно то, что надо, а мне этого как раз и недостает. Он из прекрасной семьи, перед ним открыто хорошее будущее. Я могу быть тебе только благодарен, Нелл, за твои колебания, - они говорят о твоей доброте.

- Давай никогда больше об этом не говорить, - сказала я, а сама подумала: насколько же он благороднее того, кого хвалил. - Смотри, я весь жакет выпачкала этими мерзкими поганками. Не лучше ль нам присоединиться к остальным. Интересно, где они сейчас?

Вскоре мы это узнали. Сначала мы услышали разносившиеся по длинным просекам крики и смех, а когда пошли в ту сторону, с изумлением увидели, что всегда флегматичная Элси, как стрела, несется по лесу - шляпа у сестры слетела, волосы развеваются по ветру. Сначала я подумала, что стряслось что-нибудь ужасное - вдруг на нее напали разбойники или бешеная собака, - и я заметила, что сильная рука моего спутника крепко стиснула трость.